1610г Джордж Сандис (George Sandys)

Материал из Cheops.The encyclopedia.

Перейти к: навигация, поиск
Рисунок Сандиса, 1615
Рисунок Сандиса, 1615
Джордж Сандис (Георг Сандис, George Sandys ) (1578 - 1644) – английский путешественник, колонист и поэт. Учился в Оксфорде, получил степень (теология). Начал путешествия в 1610г – Франция, северная Италия, Венеция, Константинополь, Египет, Синай, Палестина, Кипр, Сицилия, Неаполь и Рим. Его комментарий к путешествиям, с рисунками, посвященный королю Чарльзу, был издан в 1615г и содействовал развитию географии и этнологии. Член совета английской колонии Вирджиния. Как поэт известен своими переводами на английский «Метаморрфоз» Овидия и «Страстей Христовых» Гротиуса.



Ховард Вайз. Пирамиды Гизы. Лондон,1837:

Sandys (1610).

Sandys повествует, что Пирамиды стоят на скалистом основании; однако, поскольку они построены из камня, они, возможно, не были (как предполагает Josephus) сработаны евреями, которые работали с кирпичом; при этом он не соглашается с Nazianzenus, что они были зернохранилищами, построенными Иосифом перед семью годами голода; и он соглашается с общим преданием, что они были могилами египетских царей. Самая большая из трех была одним из семи чудес света, и, как предполагалось, она располагалась на площади восемь акров, с длиной каждой стороны в триста шагов. Вершина состояла только из трех камней и была достаточно большой, чтобы на ней стояли шесть десятков мужчин, и подъем был по двустам пятьюдесяти пяти ступеням, каждая ступень приблизительно три фута высотой и пропорциональной ширины. Он замечает: «эти камни были слишком большими для перемещения нашими экипажами; они были добыты далеко в Аравии, из карьеров в Троянских Горах, названных так по имени пленных Троянцев, привезенных Менелаем в Египет, и в нем впоследствии установлены.» Автор переходит к цитате из Геродота о числе мужчин и времени, использованных при постройке. Он поднялся по северо-восточному ребру и заметил, что северная сторона больше всего обветшала, из-за влажности ветра с этой стороны. Он говорит, что вход был одинаково отдален от каждого угла северной грани; и он заключает, что он был первоначально закрыт. После того, как Янычары постреляли из своих мушкетов во вход, он в сопровождении арабского проводника, которого он называет Мавром, проник в «проход самый ужасный и не менее тяжелый, шириной не более ярда и высотой четыри фута, каждый камень [которого] имел такой же размер; все время согнувшись и иногда из-за мусора ползком, мы спустились (не по лестнице, но как по крутому склону холма) на сто футов до места, где имелось небольшое расширение, откуда ужасный спуск продолжался, по которому, как говорят, никто не смеет пытаться двигаться дальше, за исключением Баши Каира, кторый из любопытства, возбужденого тайнами этого [прохода], велел различным осужденным людям совершить героическое предприятие, хорошо обеспеченное светом и другим всем необходимым; и тогда некоторые из них поднялись снова в пустыне почти в тридцати милях – выдумка, вызывающая только большое удивление; но другие писали, что в основании есть обширная яма глубиной восемьдесят шесть локтей, в избытке заполненная скрытыми путями к середине небольшого острова, на котором могила, содержащая тело Хеопса, царя Египта и строителя этой Пирамиды – это более близко к правде; в последствии один [человек] мне сказал, исходя из его собственного опыта, что на предельной глубине есть большое квадратное место, хотя и без воды, в которое он проник через другой вход, открывающийся на юг, [1] известный, но немногим [людям], в настоящее время закрытый по определенному распоряжению, и ведущий в то место, где мы боялись спускаться. Поворот в сторону правой руки ведет в небольшое ппространство, в которое по причине вредных испарений и неудобного прохода мы отказались проникнуть. С трудом поднявшись выше входа в вышеупомянутую темницу, мы поднялись как по дуге арки, путь, не больший чем прежний, приблизительно сто двадцать футов. Здесь мы прошли по длинному совершенно прямому проходу, настолько низкому, что нам пришлось неудобно согнуться, который привел нас в небольшое помещение со сжатой крышей, более длинное чем широкое, из полированного мрамора, с могильным запахом, полузаполненое мусором, что вызвало наше быстрое возвращение. Продолжая восхождение, мы поднялись, как прежде, приблизительно на сто двадцать футов выше. Этот проход имел выдающуюся высоту, однако в поперечнике не более, чем рослый человек с морскую сажень – с уступами на каждой стороне, и верхом, закрытым при помощи замечательной архитектуры — мрамор, столь большой и ловко присоединенный, как будто это было высечено через сплошную скалу. Наверху мы вступили в красивую палату шириной двадцать футов и длиной сорок, с крышей изумительной высоты и столь большими камнями, что их восемь рядов в высоту, восемь составляют крышу, восемь плит составляют пол, и шестнадцать стороны, все из хорошо выделанного мрамора Theban. Поперек помещения в верхнем конце установлена могила, раскрытая, пустая, и вся из одого камня; доходящая до груди, длиной семь футов, менее четырех шириной и звучащая как колокол. В нее, без сомнения, было положено тело строителя. Они устанавливали такие дорогостоящие памятники не только из тщетной показной роскоши, но и имели мнение, что после смерти тела душа будет продолжать существовать, и по истечении тридцати шести тысяч лет вновь будет присоединена к тому же самому телу и восстановит его в прежнее состояние; итог их причудливых астрономических упражнений. Напротив одного конца могилы и близко к стене проделано отверстие с длинным и узким жерлом, ведущим под палату. В стенах, на каждой стороне верхней палаты, есть два отверстия, одно напротив другого, их устья не заметны и недостаточно большие, чтобы проползти - закопченные изнутри и сделаланные, как говорят, пламенем огня, который устремлялся сковозь них. Это - все что эта огромная масса содержит в пределах ее темных внутренностей, по крайней мере, обнанаруженное.» [2] Sandys далее продолжает, по Геродоту, что дочь Хеопса установила Вторую Пирамиду, которая была меньше чем предыдущая, «полностью гладкая, не открытая.» Третья, он замечает, стоит на более высоком месте и намного меньше других; и, согласно Геродоту, была «большой красоты и цены, вся построенная из touchstone, трудного в обработке и доставленного с самых далеких эфиопских гор; но, конечно, это не так, все же ей было суждено быть покрытой мрамором Theban, в которм исполнена большая часть ее.» Он добавляет, что она, как говорили некоторые, была построена Микерином, сыном Хеопса; другие говорили, что Daluka, или Родопидой, той, чью туфельку орел принес царю Amasis, который приказал искать ее и женился на ней и впоследствии установил для нее этот памятник.


1. Продолжение входного прохода, кажется, путают с колодцем; и незаконченный проход от подземной палаты дает начало идее южного входа.

2. Из этого описания, и из грубой печати, которая сопровождает комментарий, вход в Большую Пирамиду, кажется, был в том же самом состояниии, как в настоящее время, за исключением большого камня в верхней части входа, и некоторой маленькой каменной кладки выше угловых блоков по проходу. Вторая Пирамида, кажется, была в состоянии, в котором Belzoni ее нашел.


Оригинальный текст:

S A N D Y S (1610).

SANDYS says, the Pyramids stand on a rocky level; and that, as they are built of stone, they could not have been (as Josephus imagined) the work of the Jews, whose labours were in brick: neither does he agree with Nazianzenus, that they were granaries built by Joseph before the seven years of famine; and he adopts the general tradition, that they were sepulchres of the Egyptian kings. The greatest of the three was one of the seven wonders of the world, and was supposed to stand on a square of eight acres, each side being three hundred paces in length. The summit, consisting of three stones only, was large enough for three score of men to stand upon, and the ascent was by two hundred and fifty-five steps, each step about three feet high, and of a proportionable breadth. He observes, " that the stones were too large to have been borne by our carriages; and that they were cut, afar off in Arabia, from quarries in the Trojan Mountains, so called from the captive Trojans brought by Menelaus into Egypt, and there afterwards planted." The author proceeds to quote from Herodotus the number of men and the length of time employed in its construction. He ascended at the north- eastern angle, and observed that the northern side was most worn, by reason of the humidity of the wind from that quarter. The entrance, he says, was equally distant from each corner of the northern front; and he concludes that it had been originally closed up. After the Janissaries had fired off their guns into the entrance, he entered with an Arab guide, whom he terms a Moor, by "a most dreadful passage, and no less cumbersome, not above a yard in breadth and four feet in height, each stone containing that measure; so that always stooping, and sometimes creeping, by reason of the rubbish, we descended (not by stairs, but as down the steep of a hill,) one hundred feet, where the place, for a little circuit, enlarged, and the fearful descent continued, which, they say, none ever durst attempt any further, save that a Basha of Cairo, curious to search into the secrets thereof, caused divers condemned persons to undertake the performance, well stored with lights and other provision; and that some of them ascended again well nigh thirty miles off in the deserts—a fable devised only to beget wonder; but others have written that, at the bottom, there is a spacious pit eighty-six cubits deep, filled, at the overflow, by concealed conduits in the midst of a little island, and on that a tomb, containing the body of Cheops, a king of Egypt, and the builder of this Pyramid, which with the truth hath a greater affinity; for, since, I have been told by one, out of his own experience, that in the uttermost depths there is a large square place, though without water, into which he was led by another entry, opening to the south, [1] known but unto few, that now open being shut by some order, and entered at this place where we feared to descend. A turning on the right hand leads into a little room, which, by reason of the noisome vapour and uneasy passage, we refused to enter. Clambering over the mouth of the aforesaid dungeon, we ascended as upon the bow of an arch, the way no larger than the former, about one hundred and twenty feet. Here we passed through a long entry, which led directly forward, so low that it took even from us that uneasy benefit of stooping, and which brought us into a little room with a compact roof, more long than broad, of polished marble, whose grave-like smell, half-full of rubbish, forced our quick return. Climbing also over this entrance, we ascended, as before, about a hundred and twenty feet higher. This entry was of an exceeding height, yet no broader from side to side than a man may fathom—benched on each side, and closed above with admirable architecture—the marble so great and cunningly joined, as if it had been hewn through the living rock. At the top, we entered into a goodly chamber twenty feet wide and forty in length, the roof of a marvellous height, and the stones so great, that eight floors it, eight roofs it, eight flags the ends, and sixteen the sides, all of well-wrought Theban marble. Athwart the room, at the upper end, there standeth a tomb, uncovered, empty, and all of one stone; breast-high, seven feet in length, not four in breadth, and sounding like a bell. In this, no doubt, lay the body of the builder. They erecting such costly monuments, not only out of a vain ostentation, but being of opinion that, after the dissolution of the flesh, the soul should survive, and when thirty-six thousand years were expired, again be joined into the selfsame body, restored unto his former condition; gathered in their conceits from astronomical demonstrations. Against one end of the tomb, and close to the wall, there openeth a pit with a long and narrow mouth, which leadeth into an under chamber. In the walls, on each side of the upper room, there are two holes, one opposite to another, their ends not discernible, nor big enough to be crept into — sooty within, and made, as they say, by a flame of fire which darted through it. This is all that this huge mass containeth within its darksome entrails, at least, to be discovered." [2] Sandys then goes on to state, from Herodotus, that the daughter of Cheops erected the Second Pyramid, which was less than the former, " smooth without, and not to be entered." The third, he observes, stands upon higher ground, and is much smaller than the others; and, according to Herodotus, was "greater in beauty, and of no less cost, being all built of touchstone, difficult to be wrought, and brought from the furthest Ethiopian mountains; but surely not so, yet intended they to have covered it with Theban marble, whereof a great quantity lieth by it." He adds, that it was said by some to have been built by Miserinus, the son of Cheops; by others, by Daluka, or by Rhodope, whose slipper being brought by an eagle to the king, Amasis, he ordered search to be made for her, married her, and afterwards erected for her this monument.


1. The continuation of the entrance-passage appears to be confounded with the well; and the unfinished passage from the subterraneous chamber to have given rise to the idea of a southern entrance.

2. From this description, and from the rude prints which accompany the narrative, the entrance into the Great Pyramid appears to have been in the same state as is at present, excepting a large stone in the upper part of the entrance, and some small masonry above the angular blocks over the passage. The Second Pyramid seems to have been in the condition in which Belzoni found it.


Источник: Colonel Howard Vyse. Operations carried on at the pyramids of Gizen. London, 1837. vol.II, p.199-202 (перевод с английского на русский – rudolfus.)

Личные инструменты